02 июль/ 2022

Ассоль, глава седьмая Избранное

Автор
Оцените материал
(0 голосов)

Четыре года Грэй скитался

И все моря избороздил,

И в Лиссе как-­то оказался...

Он в Лисс впервые заходил.

Под выгрузкой стоял семь дней

Как столб «Секрет» у маяка;

Разгрузка кофе шла пока,

Скучать стал беспричинно Грэй;

Боролся с тягостной дремотой

И занимал себя работой,

По судну с боцманом ходил

И всем работу находил:

Велел он кливер[1] заменить,

Почистить компас, трюм и клюзы[2]

И срочно палубу смолить...

Но чувствовал себя медузой,

Что под лучами солнца тает

И ни живёт, ни умирает.

 

30

Решил Грэй с Летикой матросом

Чуть­-чуть на шлюпке походить,

Немного рыбу поудить;

Вошли в лагуну, за утёсом

Пристали к берегу они.

Вдали мерцали там огни.

— Скажи мне, Летика, что там?

— Деревня старая Каперна.

В ней есть всего одна таверна.

В ней скуку не развеять Вам!

— Друг Летика, зажги костёр,

А то становится прохладно.

— Есть, капитан! Топор остёр,

Сейчас костёр устрою ладный!

Костёр пылал. Грэй наблюдал

Огня бушующее пламя.

Стаканы Летика подал,

Тост произнёс: «Удача с нами!»

Затем матрос удить собрался;

Грэй у костра мечтать остался,

Смотрел на тёмный небосвод,

На звёзд извечный хоровод,

Мысль устремлялась в бесконечность:

«Для звёзд лишь миг, для нас уж вечность.

Иной звезды давно уж нет,

Но зрим её мы ясный свет...»

Так, глядя в небо, Грэй уснул,

Как будто в омут провалился,

Ему то дом родимый снился,

То стаи голубых акул.

 

А утром только пробудился,

Умылся ключевой водой:

«Как хорошо! Я молодой!

Мечты заветной я добился!

Но мне чего­-то не хватает

И, кажется, что счастье тает!»

 

В нём сердце трепетное билось;

Любви так жаждало оно!

(Что вам судьбою суждено

Произойдёт). И вот случилось...

В лесу среди травы душистой

И одуванчиков пушистых

На пледе девушка спала;

Прекрасна так она была,

Что Грэй влюбился в одночасье;

Теперь он знал, в чём жизни счастье.

Она лицом была прекрасна,

Словно богиня хороша.

Влюбился Грэй безумно, страстно,

Остановился, не дыша

Смотрел на девушку, дивился:

«Жизнь так прекрасна! Я влюбился?!»

От чувств, нахлынувших так бурно,

Слегка кружилась голова.

Любовь всегда во всём права;

Она рождается сумбурно,

Ни рассчитать, ни предсказать

Любовь, конечно, невозможно.

Возможно ль сердцу приказать?

Нет! Мысль об этом уж безбожна.

Любовь —  ярчайший Божий дар,

Она над всем повелевает!

Кто в жизни этого не знает,

Тот просто безнадёжно стар

Своей душой и сердцем дряхлым,

Напрасно проживает век

Несчастный этот человек,

Живёт он как в подвале затхлом.

 

Грэй зачарованно смотрел

На детски милое лицо,

Затем он снял с руки кольцо,

Тихонько девушке надел,

И только уходить собрался,

Как Летика вдруг показался.

Грэй палец приложил к губам:

«Потише, друг. Вон, видишь, там

Уснула девушка одна.

О, как она прекрасна!

Одежда у неё бедна

И хочется ужасно

Мне ей помочь, но не обидеть.

Когда б ты мог её увидеть,

Меня б ты понял в тот же миг!»

«Видать, Амур[3] его настиг

Своей стрелой с любовным ядом»,

Но он ни голосом, ни взглядом

Не проявил своей догадки.

«Ну как рыбалка?» —  «Всё в порядке!

Поймал две камбалы, селёдку» —

«Идём в таверну! Будем водку

Мы заедать твоим уловом» —

«Попить! Поесть! Ну, право слово,

Занятий лучше в мире нет!» —

«Ты рассуждаешь как поэт!

Да, ты отъявленный гурман!» —

«Так точно, храбрый капитан!»

 

Зашли в таверну, заказали

Бутылку водки, пока ждали,

Когда им рыбу принесут.

Трактирщик Меннерс тут как тут

Крутился перед гостем важным,

Протёр стол фартуком бумажным,

Сам скатерть белую достал

И самолично разостлал.

 

31

Хин Меннерс, как лиса, был рыжий,

Взгляд то холуйский, то бесстыжий,

Хихикал, глупо улыбался,

Как проститутка продавался

За каждый жалкий медный грош;

На папу своего похож

Был очень. Ну, одно лицо!

И был таким же подлецом.

— Скажи, трактирщик, кто такая

Сейчас по улице идёт?

Взглянув в окно, сказал Хин: «Знаю!

Ассоль, что дурочкой слывёт.

Она уже который год

Из дальних стран всё принца ждёт

На бриге в алых парусах!

Летает, в общем, в небесах!»

 

Хин Меннерс, мерзко улыбаясь,

Вниманьем гостя упиваясь,

Поведал всё, что только знал

И от себя чуть-­чуть приврал:

«Её отец Лонгрен — убийца,

Жестокосердный кровопийца.

Убил он моего отца...»

— Да бросьте слушать подлеца! —

Вдруг басом угольщик пропел.

Он врёт, каналья! Всё он врёт!

Врать перестанет, коль помрёт!

 

32

— Я вру?! Да как же ты посмел...

— Он врёт, каналья! Он всё врёт!

Закончит врать, когда помрёт,

Не раньше. Даже не мечтайте!

Ему медяк дырявый дайте,

Так он вам спляшет и споёт,

Ещё с три короба наврёт.

Ассоль, поверьте мне, нормальна,

Отнюдь не дурочка она.

Скажу вам конфиденциально,

В мечту она так влюблена,

Что в жизни грязного не видит

И сердцем ангельским добра,

Она и мухи не обидит.

Ассоль по-своему мудра:

Недавно вёз её в повозке,

Она сказала: «Вот и ты,

Хотя товар везёшь неброский,

Имеешь яркие мечты!

Представь — с углём простым корзина

Сейчас как клумба расцветёт!»

Признаюсь, я, свой рот разиня,

Уж вовсе не смотрел вперёд,

А пялился на уголь чёрный,

Мечтой красивой увлечённый,

И мне мерещились цветы

Необычайной красоты!

 

Хин сделал вид, что оскорбился,

За стойку чинно удалился,

Стаканы начал протирать,

С тарелки грязь ногтём сдирать.

 

Вернёмся мы на день назад:

Лонгрен возделывал свой сад,

Ассоль из Лисса возвратилась

И над корзиною склонилась.

Ассоль обычно напевала,

Всегда весёлая бывала,

Но в этот злополучный час

Лишь слёзы капали из глаз:

«Не раскупаются игрушки!

Их в магазины не берут!

Сейчас в ходу мортиры, пушки.

Пропал твой многодневный труд...» —

«Иди ко мне, моя родная!

Печаль свою гони ты прочь!

Всё будет хорошо! Я знаю!

Ты замечательная дочь!»

Привлёк её Лонгрен за плечи,

Привлёк к себе, поцеловал.

День завершался, был уж вечер,

На берег шёл за валом вал.

Порой в такие вечера

Лонгрен до самого утра

Смотрел на море, затаённо

Мечтал о ветре в парусах

И, словно заново рождённый,

От счастья плавал в небесах;

Как и Ассоль, он был мечтатель.

Ты не суди его, читатель:

Ведь только тот, кто чист душой,

Мечтать способность не теряет,

Он повседневность покоряет

Благодаря мечте большой.

 

Ассоль одна осталась дома,

Поддавшись сладостной истоме

Легла на мягкую кровать.

Морфей[4] стал грёзы навевать...

И вот ей снится дивный сон:

По гребням странствующих волн

Бриг в алых парусах идёт

Среди прибрежных синих вод.

В мгновение Ассоль проснулась,

Водой в ручье ополоснулась

И побежала на утёс

Ждать воплощенья своих грёз.

 

33

Она внимательно смотрела

На горизонт, и то и дело

Там появлялись паруса,

Но алых парусов краса

Всё не спешила появляться...

Ассоль решила поваляться

В душистых бархатных цветах,

С улыбкой счастья на устах

Она в цветочный луг нырнула,

Пьянящий аромат вдохнула.

Морфей поблизости парил,

Ассоль глубокий сон сморил.

Её здесь Грэй увидел спящей

И подарил своё кольцо:

Богини неземной лицо

Зажгло огонь любви палящий.

 

Ассоль проснулась, потянулась

И вдруг увидела кольцо...

От изумления лицо

Её как будто растянулось:

«Быть может, кто­-то пошутить

Решил со мною, да и только!

Кольцо такое стоит столько,

Что мне вовек не заплатить!»

Ассоль несмело огляделась,

Ища лихого шутника:

«Скажите мне, куда вы делись?

Вы не появитесь пока,

Я не смогу уйти домой!

Ведь я не подлая воровка!

Явитесь! Право, мне неловко!

Но что же это? Боже мой!»

Вокруг лишь птицы сладко пели,

Да сосны старые шумели.

 

[1]   Кливер [голл. kluiver] — треугольный парус между фок­мачтой и бушпритом. На парусных судах бывает до 3­х кливеров.

[2]   Клюз [голл. kluis] — отверстие в палубе и надводной части борта судна для пропуска якорной цепи или троса.

[3]   Амур [фр. Amour; лат. amor любовь] — в древнеримской мифологии — бог любви, изображаемый в виде крылатого мальчика с луком и стрелами.

[4]   Морфей [гр. Morpheios] — 1) в древнегреческой мифологии —  божество сна и сновидений, сын Ночи; 2) сон.

 

Ассоль, глава восьмая

 

Прочитано 338 раз Последнее изменение 14 июль/ 2022
Валерий Татаринцев

Родился 30 декабря 1955 года в г. Таллине. После окончания средней школы в 1973 году поступил в Таллиннский политехнический институт на экономический факультет, который закончил по специальности «Экономика и организация строительства» в 1978 году.
Страсть к чтению появилась с тех пор,как в 1-ом классе изучил буквы. Первой прочитанной книгой был сборник «Бразильские сказки и легенды». С тех пор нет ни одного дня без прочитанной строчки. Сейчас, когда пришло осознание, что жизнь коротка, читаю в основном классическую литературу. Но иногда позволяю себе расслабиться, и тогда просто «глотаю» детективы.
Первое стихотворение написал по просьбе моей учительницы Марии Матвеевны Базановой, когда мне было лет девять. С тех пор иногда пописываю для собственного удовольствия.   

Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
Другие материалы в этой категории: « Ассоль, глава шестая Ассоль, глава восьмая »

Комментарии   

0 # Николай Довгай 02.07.2022 18:13
Читается с интересом. ;-)
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
0 # Валерий Татаринцев 04.07.2022 12:33
Спасибо Вам, Николай!
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить