Леонид Горбушин http://www.putnik.org Thu, 22 Feb 2018 09:17:58 +0000 Joomla! - Open Source Content Management ru-ru Это его выбор http://www.putnik.org/proza/rasskazy/item/236-eto-ego-vybor http://www.putnik.org/proza/rasskazy/item/236-eto-ego-vybor

vubor

Вечер встречи выпускников подходил к своему логическому завершению. Некоторые бывшие одноклассники были уже под заметным хмельком. Воспоминания, обнимания, смех, слезы, радостные лица… Постепенно стали расходится по домам и гостиницам.

Серега, Санька и Влад (в школе были друзья - не разлей вода) решили завтра (выспавшись) поговорить о вариантах совместного бизнеса в кафе с непонятным названием (раньше оно называлось «Брют»). У каждого из них был свой бизнес и довольно-таки внушительный: у Влада – гостиничный, у Сереги – ресторанный, у Сашки – мусорный.

Без пяти двенадцать уже были на площади и двинулись в намеченное кафе. Разговаривая, они подошли к пешеходному переходу и стали ожидать зеленого света - кафе располагалось на другой стороне улицы. На краю тротуара около перехода на корточках сидел нищий. Оборванный, грязный, с подбитым правым глазом, с протянутой рукой, в которой в полуоткрытой ладони блестели несколько монеток. Какая-то сердобольная женщина с грустным вздохом положила ему в ладонь горсть мелочи. Отступив на шаг назад, она перекрестилась. Серега мельком посмотрел на попрошайку и отвернулся. Но что-то заставило его вновь обратить на него внимание.

- Ребята, посмотрите на него. Вчера вспоминали Кольку Прохорова из нашего класса. Никто не знает, куда он делся. А бомжара похож немного на него. Вот бы здорово было, если бы это действительно был он.

- Что здорово? Это, Сережа, наоборот грустно, - Влад пристально всматривался в лицо нищего.

- А вот сейчас и выясним, он это или нет, - Сашка подошел ближе к сидящему и, наклонившись, обратился к нему, - Привет, Коля, что сидишь? Узнаешь меня?

«Коля» медленно поднял голову и посмотрел на Сашку. Какое-то мгновение они смотрели друг другу в глаза, затем «Коля» закрыл ладонями лицо, плечи его затряслись.

- Парни, это он, - Сашка присел рядом на корточки, - Коля, ну-ка поднимайся, нечего сопли размазывать.

Коля отвернулся и заскулил как собака. Сергей и Влад смотрели и не верили своим глазам.

- Ну-ка, вставай! Поднимайся-поднимайся, - Сашка помог ему встать, - фу, как ты воняешь! Говнищем от тебя, брат, попахивает.

Коля протянул было руку, но потом, подумав, убрал.

- А я вас узнал. Вы не думайте… Я, к сожалению, стал вот таким. Во как жизнь повернулась, - он снова заплакал, размазывая слезы грязными руками по грязному лицу.

Принято было единогласное решение сначала привести Колю в должный порядок, а потом подумать, что делать дальше. Влад вспомнил, что недалеко отсюда видел частную баньку. Они направились туда. По дороге Коля что-то бубнил себе под нос. Из обрывистых фраз толком ничего понять было нельзя. Наконец они пришли.

- Всё, заходим. Вы давайте отмывайте его, а я куплю что-нибудь из одежды. Размерчик, похоже, почти такой же, как у меня, только похудее. Ладно, разберемся, - Сашка повернулся и вышел на улицу.

Администратор бани косо и подозрительно смотрел на троих мужиков, один из которых ему очень не нравился.

- А этот урод с вами или сам по себе? Слышь, ты, давай отсюда! – он двинулся на Колю.

- Этот, как ты назвал, урод, с нами. Да не кипятись. Это мы фильм снимаем. Роль у него такая. Сейчас грим смоем и пойдем отмечать день рождения. У него, - он показал на Колю, - сегодня день рождения.

- Извините, я не хотел обидеть. Сами понимаете… Ладно, легкого вам пара. Да, с Днем рождения!

Когда Сашка вернулся, Коля, отмытый, сидел в простыне и загадочно улыбался. Он ничего уже не говорил, только каким-то радостно-безумным взглядом посматривал по сторонам. Сашка разворачивал свертки.

- Надевай, Коля, нормальную одежду, - он по очереди протягивал трусы, майку, рубашку, брюки, пиджак, - галстук завязывать можешь? Ботинки сорок первый? Угадал?

Коля заметно преобразился. Вид портили только прическа и заросшие щетиной лицо и шея.

Планы, понятно, изменились. Мужики вдруг единодушно решили принять активное участие в жизни бывшего одноклассника. Что-то внутри загорелось, защемило. Наверное – жалость, смешанная с чувством некоего долга. Осознание, что все это необходимо, подталкивало к действию. С одной стороны, когда у самих все вполне благополучно (тем более в таком контрасте) и нет каких-то срочных дел, можно было заняться решением неожиданно подвернувшейся проблемы, с другой стороны было просто интересно. Каждый успел объездить полмира, твердо стоял на ногах, удивить их особо было нечем. И вот тут такая неожиданная встреча.

В ресторане Коля с жадностью ел, с ещё большей жадностью пил коньяк. Его заметно развезло. Ребята, перебивая друг друга, делились с ним воспоминаниями. Коля только кивал (иногда невпопад) головой и молчал.

В гостинице, где они остановились, сняли одноместный номер и для Коли. Изрядно обмякшего водрузили на кровать, и пошли в свой люкс. В разговоре совместно было принято решение найти ему жилье, подобрать работу. Из невнятных сумбурных повествований Коли они поняли только то, что его бросила жена Лизка (уж не та ли красавица Лиза из параллельного класса?), когда его уволили с работы, а затем нехорошие люди выдавили его из однокомнатной квартиры (трешку Лизка разменяла на две однушки). Кем он работал, они так толком и не поняли.

Уже через неделю Николаю Прохорову вложили в руки ножницы для разрезания ленточки, натянутой на входной двери однокомнатной квартиры в доме гостиничного типа. Квартиры, которую купили ему одноклассники. Купили полностью с мебелью, молниеносно (вопрос цены особо не напрягал). Для них это было не особо сложное, но значимое событие. Значимость совершенного наливала грудь гордостью, расправляла плечи – вон какие мы молодцы! Коля не переставал благодарить, обещал все отработать, периодически всхлипывал и по-дурацки кланялся. Новоселье обозначили вчетвером.

Сашка ещё оставался в городе, а Влад с Серегой вылетели каждый к себе – возникла необходимость их присутствия дома – бизнес есть бизнес. Сашка встретился с местными коллегами по мусорным делам, обмен опытом принес обоюдное удовлетворение. Вариант совместного приобретения и дальнейшего использования мусороперерабатывающего заводика устроил обе стороны переговорщиков. Потом и он уехал.

В течение месяца они неоднократно созванивались друг с другом и приняли решение навестить Колю, которого они устроили работать (через знакомых в городе) на склад. После их отъезда Коля пару раз звонил каждому из них, рассказывал, что все у него в порядке и все благодарил, благодарил. Потом звонки прекратились. Они прилетели в город, не сообщая Коле – пусть будет сюрприз. Подошли к двери его квартиры. Странное чувство возникло у каждого, когда увидели приоткрытую дверь с раскуроченным замком. Внутренность квартиры ударила в ноздри «ароматом», похожим на аммиачный. Квартира была совершенно пустой, в комнате на единственном обсосанном матраце в блевотине валялся какой-то мужик. Мусор, пустые бутылки, вонь… Увиденное так шарахнуло каждому по мозгам, что ни у кого не нашлось ни желания, ни сил что-либо сказать. Молча, не сговариваясь, они вышли на улицу. Глотнув свежего воздуха, они сели на лавочку перед подъездом.

- Мужики, что это? Меня всего трясет… - Сашка первым нарушил молчание. Просидев пару минут, они встали и пошли в центр города. Ноги сами (случайно ли?) направили их к тому самому перекрестку, где они встретили Колю.

- Вот сейчас подойдем, а он снова там сидит, гад, - Серега со злостью сплюнул. Не доходя метров двадцать, они действительно увидели стоящего на коленях около перекрестка Колю. Оборванный, грязный, с протянутой рукой… Мужики остановились и примерно минуту, молча, смотрели на него, затем Влад медленно произнес:

- У каждого есть выбор. Это его выбор…

© Copyright Леонид Горбушин

8.03.2014г.

]]>
nik_dovgay@bk.ru (Леонид Горбушин) Рассказы Sat, 10 Feb 2018 15:51:49 +0000
Посмотри в зеркало http://www.putnik.org/proza/rasskazy/item/228-posmotri-v-zerkalo http://www.putnik.org/proza/rasskazy/item/228-posmotri-v-zerkalo

zerkalo

Или это началось во вторник, или, может быть, в среду. А, собственно, какое это сейчас имеет значение? Важно, что тот день начался, вроде бы, как обычный: проснулся, сделал пробежку, умылся-побрился, позавтракал и на работу не опоздал. Вот что потом? Когда это началось? Скорее всего с того злополучного анонимного телефонного звонка.

- Алло! Здравствуйте! Слушаю! Кто это? Алло! Вы слышите меня? – я говорил почти автоматически, о чём-то думал, о своём (уже и не помню о чём). Если бы ошиблись, то ответили бы сразу или отключились. Но неизвестный молчал, дышал в трубку. Дыхание было с хрипотцой, даже с нездоровым посвистыванием в лёгких. Я ещё подумал: или больной какой-то или выпивший...

Да, наверное, с этого и пошло всё, как говорится: и вкось и вкривь. Я, как будто впитывал в себя весь негатив, всё валилось из рук, всё раздражало. Нервы натягивались, как струны, грозя в любую минуту со звоном лопнуть. И, вроде бы, никаких особых для этого причин не наблюдалось. А что же тогда было? Затем этот странный посетитель. Тихо так зашел в кабинет, подошёл вплотную ко мне, что-то невнятно спросил и, не получив ответа, повернулся и вышел. Я так и не врубился (как и все, присутствующие в кабинете сотрудники), кто он, зачем приходил. Через несколько минут после его ухода я, когда полез в карман пиджака за носовым платком, нащупал в нём небольшую коробочку, немного похожую на такие, в которые вкладывают бахилы. Внутри неё (раскрылась легко) была записка, написанная печатными буквами (буквы неровные, текст с ошибками, словно писал иностранец). Из повествования я понял не всё. Была там фамилия известного писателя и название его книги. Год издания и номер страницы написаны были прописью. Сначала я предположил, что это кто-то из работников шутит, только не понял, в чём тут юмор. Ход моих мыслей нарушили новые посетители. По выражению их лиц (это были мужчина и женщина, лет так за пятьдесят) угадывался назревающий скандал. Так сначала и получилось. Но длился он недолго. Все вопросы решаются. Урегулировался и этот (немного включил мозг и решил). На какое-то время я переключился на выполнение своих непосредственных обязанностей, продолжил работу с документами, но чувство необъяснимой тревоги не то, что не покинуло меня, а наоборот усиливалось с каждой минутой. Незнание причины этого немного бесило. Я (чего ранее никогда не позволял себе) резко и, конечно же, несправедливо ответил молодой (совсем ещё девчушка) сотруднице, обидел её этим. Но, также неожиданно для себя, даже не попытался извиниться. Сейчас, вспоминая это, конечно же, стыдно, а вот тогда…

В конце рабочего дня появилась мысль сходить в библиотеку, тем более что идти до неё всего-то минут двадцать – после духоты кабинета полезно прогуляться на свежем воздухе. На улице ветер, как всегда, заставил глаза слезиться. Я полез за платком и вытащил коробочку с запиской. «Так вот почему возникла мысль сходить в библиотеку»!

С удивительной быстротой и лёгкостью нашёл нужную книгу (год издания совпал). Открыл указанную в записке сто тридцать седьмую страницу. От нахлынувшего внезапно волнения сразу ничего не смог прочитать: строчки расплылись, хотя зрение у меня нормальное. Вроде бы смотрю, но ничего конкретного не вижу. Закрыл книгу, подумал: «мистика какая-то». Через несколько секунд снова открыл, увидел и стал читать. Пробежал глазами всю страницу, ничего толком не понял. Нет, текст был понятен, вот только, ко мне он какое отношение имел? Потом воспользовался библиотечным ксероксом (с работниками библиотеки был давно знаком). Книгу положил обратно на полку, а отксерокопированную 137-ю страницу сунул в карман, предварительно аккуратно сложив её пополам.

Дома несколько раз, не спеша (и вдумчиво) перечитал текст. В нём вскользь упоминалась своеобразная детская игра с зеркалом. Её, я помню, в детстве называли «третий глаз» или как-то в этом роде. Смысл её (наверняка многие пробовали) таков: приближаешь лицо вплотную к зеркалу, чтобы оба глаза слились в один посередине, затем медленно отводишь лицо назад и видишь уже три глаза. В общем, такая вот ерунда. Я (вот зачем?) подошёл к зеркалу и стал экспериментировать. Потом (или показалось?) обнаружил некую закономерность: отдаляясь дальше, понимал, что центральное изображение (сдвоенное) глаза вижу правым глазом. Несколько раз пробовал и всё одинаково. Вот тогда и появились зачатки определённой теории. А все так видят или нет? И что это может означать? Тут же прилетела мысль, что это может означать паранойю. Встряхнул головой, прогоняя «нехорошую мысль». Странно, но я напрочь забыл все свои домашние дела (а вечером планировал сделать многое). Сел за стол и стал записывать. Действительно, паранойя какая-то, но это оказалось сильнее меня. Присутствовала твёрдая уверенность (откуда?) в значимости (какой?) того, каким глазом видит человек центральное изображение: левым или правым. Не всё ли равно? Как оказалось, нет. Эта уверенность, что мысль течёт в нужном (кому это нужно?) направлении не покидала меня. Так, поглощённый данной работой, незаметно просидел почти до рассвета. Спать совершенно не хотелось. Вырисовывались разные варианты. Если видишь общую картинку правым глазом, возможно, ты правша, а левым – левша. А, может быть, и наоборот. И какое полушарие мозга больше развито? Видишь правым – правое? Или опять наоборот? Зеркально?

Да, забыл ещё сказать. Во время моих идиотских экспериментов-размышлений явно чувствовал чьё-то присутствие в комнате. Однако никого, кроме меня (и мебели) в комнате не было. Короче, шизуха продолжалась. И вот, не поверишь, так длилось (я имею ввиду, записи) около четырёх месяцев. Правильнее сказать: каждый вечер в течение почти четырёх месяцев. Днём, как обычно работал, даже практически не вспоминая об этом, но, как только входил в свою комнату, сразу садился за стол и писал строку за строкой. Когда увесистая рукопись была готова (почему-то тогда решил, что уже действительно готова), переключился на эксперименты с людьми. Днём, конечно же. Общался со знакомыми и с незнакомыми людьми и так, между делом, подводил разговор к нужной мне теме. Практически (я тогда ещё удивился) получалось всё, что задумывал. Вечером письменно в тетрадке подводил итог дня, описывал людей, их реакцию и т.д. Некоторое время с этими же людьми (не со всеми, естественно, а кого удавалось увидеть) снова продолжал разговор. Практически все, когда были дома одни, пробовали смотреть в зеркало так, как я говорил. Некоторые потом кривили лицо, отмечая, что, мол, это всё чушь собачья, ерунда. Но всё же, ведь, пробовали! Таким образом, появлялась определённая зависимость. Механизм этой зависимости сначала был мне не до конца понятен. Потом, получил своеобразную подсказку от (не поверишь!) того, кто незримо по вечерам находился в комнате. Знаешь, не словами подсказывал, а мыслью, возникающей в моей голове. Я почувствовал это. И я всё понял. Может быть, я тебе подробнее и доходчивее потом расскажу, а, может быть, и не расскажу. Так вот. Поняв это, я начал разрабатывать план. Составил список людей, особо выделил тех, кого по разным признакам считал легко внушаемым и потом отслеживал их всех. Периодически возникающие сомнения отбрасывал. Всё оказалось правдой. Одному человеку (не буду говорить кому именно – ты его не знаешь), которому я тогда доверял, решил рассказать (желание поделиться с кем-нибудь было сильным). Но, к сожалению, я в нём ошибся. Практически в начале моего повествования он, резко оборвав меня, покрутил пальцем у виска. Я, честно говоря, и сам бы так сделал. Я сказал, что пошутил; мы вместе посмеялись. Больше желания кому-либо рассказывать не возникало.

Зачем я тебе это сейчас пишу? Ну, не знаю. Несколько гложет сомнение: всё ли ты поймешь. Вот не уверен, но всё же… Да, свою рукопись (более тысячи страниц) я оформил в виде книги. Обложка, знаешь, от чего? От пятидесяти томной Большой советской энциклопедии. Я около мусорки нашёл 22 том. Внутри примерно треть листов была вырвана, но обложка оказалась целой. Ты же помнишь эту энциклопедию. Помнишь? Такая, черного цвета. Получилось неплохо.

«Подсказчик» почти всегда (я уже чётко это ощущал) стоял сзади меня. Несколько раз я оглядывался: иногда медленно, якобы незаметно, иногда резко, но … ничего и никого не видел. Потом привык – человек практически ко всему привыкает. Внешне всё выглядело безобидно. Улавливаемые мною мысли-команды я беспрекословно выполнял. Всё это происходило (напомню) вечером. Днём всё выглядело совершенно иначе, то есть никаких подсказок. Представляешь, я мог оказывать воздействие не только на легко внушаемых людей, а практически на всех в моём списке. Какое, спросишь, воздействие? Да любое! Как? Через зеркало. Хочу уточнить (это важно!): только через зеркало в платяном шкафу в моей комнате. Пробовал через другие зеркала: дома, на работе, в других местах – абсолютный ноль. Вероятно, догадываешься (я это позже осознал), что это мое зеркало стало таким не просто так. Конечно, из-за присутствия «подсказчика». Я чётко чувствовал, когда кто-либо из моих подопечных смотрел в зеркало (совершенно неважно в какое и где). А смотрели практически все. Особенно чувствовал, когда они (а они периодически делали это) вплотную приближали глаза к зеркалу. Задачи, которые я ставил им, были самые простые, согласованные, естественно, с «подсказчиком». Сразу же отгонял все мысли о каком-либо корыстном, не говоря уже о криминальном, варианте воздействия на людей. А мыслишки такие с противной периодичностью возникали. В общих чертах механизм (вот сейчас подумал и решил, что всё-таки детали тебе знать пока не надо) выглядел таким образом. Через зеркало (видя слившиеся в один глаза) я, создавал мыслеобраз конкретного человека, сначала мысленно, затем говорил вслух – ставил некую задачу. Ты помнишь, что мысль, произнесённая вслух, усиливается, и ещё более усиливается, если она записана на бумаге. Так вот, я работал именно в такой последовательности. В руках, конечно, был блокнот и ручка. Не всегда, правда, удавалось потом проверить выполнение задачи. По разным причинам: либо не совсем чётко сформулировал, либо не удавалось встретиться с данным человеком. Ну, например, он уехал в другой город. Я себя особо не утруждал гоняться за кем-то из подопечных. Не получилось встретить – ну и ладно. Да и «подсказчик» никогда не настаивал (мысленные команды на этот счёт не приходили).

У меня (днём!) созрел некоторый план моих дальнейших действий. Не скажу какой. Но результат наклёвывался грандиозный. Вечером, насколько удавалось, старался о нём не думать. Но всё же «подсказчик» меня вычислил, иначе последующие далее события объяснить не могу.

В один из (вроде бы обычных) вечеров, сидя за столом, вдруг почувствовал, что «подсказчика» в комнате нет. Да, я это ясно чувствовал. Через какое-то время появились совершенно другие ощущения. Не очень, мягко говоря, приятные. Появился ничем не обоснованный страх, усиливающийся с каждой секундой. Тревога, предчувствие чего-то нехорошего, злого сверлили мой мозг; я весь покрылся холодным потом. Как всегда, когда возникали негативные мысли, особенно – мыслеобразы, я про себя, иногда и вслух говорил одно слово: нет! И всё пропадало. В тот момент это не сработало. И ещё. Я сидел совершенно неподвижно, не мог даже голову повернуть, какая-то непонятная мне сила сковала всё тело. Я видел, слышал, чувствовал, но не мог даже пошевелиться. Сзади (или мне так казалось) послышался жуткий шёпот, как будто разговаривали двое-трое людей. Людей ли? Ничего было не разобрать из этого шёпота. Затем, словно иглу воткнули в затылок – такая жгучая боль… Я, как уже потом понял, полностью отключился. Лишь одна короткая мысль, когда возникла боль, вспыхнула и угасла: «Ну, вот и всё…».

Очнулся я в своей же комнате. Сколько так пролежал, не знаю. По моим потом подсчётам около трех суток, может больше. Сил совершенно не было. Еле-еле сумел влезть на диван. Можешь себе представить, в каком я был тогда виде – в туалет меня никто не водил… Обезвоженный, слабый, ничего не соображающий, я полулежал и ни о чём не думал. Постепенно осознание того, что я всё же ещё жив, чуть-чуть стало подбадривать. Медленно оглядел комнату и только потом увидел сидящего за моим столом мужика. Именно мужика – здоровенного детину, ростом, думаю, больше двух метров (или мне так показалось?). Голос, когда он заговорил, заставил меня (не только от неожиданности, но и от тембральности) вздрогнуть.

-Тебе пока ещё рано знать. То, что к тебе просочилась информация – это ошибка. Мы её исправили. Подсказчик, как ты его называл, нами наказан соответствующим образом.

Я чувствовал, что этот человек (а человек ли он?!) несколько напряжённо формулировал свою речь, заметно подбирал (видимо, как он считал, понятные для меня) слова, словно подгонял мысль под человеческие понятия.

         - Кто вы? – я не узнал свой голос, - Что вам от меня нужно? Вы – человек? – ответа не последовало.

- На самом деле всё не так, как ты подумал. Ладно, тебя пока оставим. Это, как у вас называется – гуманность. Ты просто всё забудешь. Компьютер чистый, книжицу твою мы уничтожили. Ну, пока, до встречи. А, возможно, и прощай.

Я услышал лёгкий щелчок и снова погрузился в сон. Через некоторое время очнулся, в комнате никого не было. Я, как ты понял, ничего не помнил. Мне тогда казалось (и даже была некая уверенность), что я по какой-то причине банально напился и вырубился с соответствующими последствиями. Голова была тяжёлой, как после бодуна. Не сразу, конечно, привёл себя в порядок. В общем, жизнь продолжалась. Ты, конечно же, спросишь: как же так – память стёрли, а ты сейчас мне всё это рассказываешь? Отвечу. Они уничтожили книгу, подчистили компьютер, но не учли, собаки (хотя считают себя, наверное, умнее людей), что у меня на работе в сейфе остались (правда, не полностью) рукописные записи. И вот, когда я натолкнулся на них (наводил порядок с бумагами в сейфе), просмотрел и… всё вспомнил. Память, как они сказали, стёрли, но человеческий мозг оказался сильнее. Что-то они, видимо, не учли. Вот вам и хрен с редькой! Всё же кто они были такие? Не знаю, да и знать теперь не хочу. Здоровье, какое было до встречи с ними, не вернулось. Иммунитет ослаб, поэтому часто болею. Как говорится: то понос, то золотуха. Не спеша, я восстановил все записи. Да, чуть не забыл – посмотри в зеркало…

Все, кто прочитал написанное выше, обязательно, подойдя к зеркалу, попробуют приблизить глаза, чтобы потом, медленно отдаляясь, увидеть… И я это обязательно почувствую. Желание это, словно магнитом, притягивает вас к зеркалу. Что, думаете – любопытство, да, и только? Или всё-таки зависимость? Некоторые, конечно, скажут, что это, дескать, полная херня, но… всё же попробуют… Даже те, которые считают, что имеют силу воли и не ведутся на всякую ерунду… даже и они…

Зазеркалье… Человечество на протяжении всего своего существования (конечно, с появлением зеркал) создавало легенды, связанные с Зазеркальем. А легенды-то на пустом месте не возникают. Оттуда нами всеми управляют. И не думай, это не игра воспалённого воображения. Ты, читающий сейчас эти строки, чувствуешь? Ничего не чувствуешь? Нет? А подойди к зеркалу и посмотри… А, ведь, обязательно подойдёшь и попробуешь… Как бы ты ни сопротивлялся. Ну, давай… Не хочешь?! А куда ты денешься…

© Copyright Леонид Горбушин

gleb57@list.ru
14 марта 2016г.
г.Калининград
]]>
nik_dovgay@bk.ru (Леонид Горбушин) Рассказы Sun, 04 Feb 2018 16:57:10 +0000
Костик http://www.putnik.org/proza/rasskazy/item/225-kostik http://www.putnik.org/proza/rasskazy/item/225-kostik

kot 2        

1

 - Слушай, расскажи ещё что-нибудь. Люблю слушать твои рассказы. Мне даже почему-то больше нравится именно слушать, хотя, читать тоже интересно. Но, когда ты рассказываешь, всё как-то воспринимается по-другому, другие образы, интонация.

- Как ты себя чувствуешь? Что беспокоит? Через два часа снова будем делать процедуры, - он бережно поправил одеяло и встал со стула.

- Не уходи! Я чувствую себя хорошо. Пожалуйста, расскажи! - в глазах мальчика блеснули слёзы.

- Ладно, Костик, минуток через пять я вернусь и расскажу. А о чём рассказать, фантастику?

- Нет, лучше что-то из реальной жизни. Например, про шпионов.

- Ладно, подумаю, – он вышел из комнаты. «Пока никакого улучшения не наблюдается. Надо что-то другое делать, но что? Препарат пока повременю давать, ещё рано, надо ближе к вечеру. Хотя, особого толка от лекарств нет».

Костик тихо плакал. Он не мог уже сдерживать слёзы. Они текли по щекам на подушку. С трудом приподнявшись, он перевернул подушку, вытер полотенцем глаза (очень не хотелось, чтобы его видели плачущим).

Вошёл Борисов. В одной руке он держал тетрадь, в другой – стакан с соком.

- Вот, попей сок. Натуральный и, говорят, полезный, - он подмигнул и поставил стакан на прикроватную тумбочку, затем раскрыл тетрадь, - этот рассказик пока ещё никуда не вошёл. Возможно, вставлю его в новую книгу.

- А когда она появится – новая книга?

- Надеюсь, что уже в конце этого года, - Борисов присел на край кровати, - читать не буду, а, как ты и просил, просто перескажу.

Он всё же заметил, что Костик плакал, но ничего не сказал.  

- Ну, слушай… Только давай договоримся: как только закончу – сразу спать. Надо, хотя бы пол часика. Это нужно для выздоровления.

- Хорошо.

Он начал рассказывать.  

- Шёл 1988 год. День был солнечным… Машина заметно сбавила скорость и около КПП воинской части проехала медленно. Наблюдатель, сидящий с фотоаппаратом в комнате посетителей, зафиксировал это и сумел сделать пару снимков. Из машины также было сделано несколько снимков. Затем она, набирая скорость, понеслась в направлении выезда из города. Минут через десять в комнату вошел старший оперуполномоченный Особого отдела КГБ СССР майор Осипов. Он взял у наблюдателя журналы с результатами сегодняшнего дня.

- Ну, как дела? Устал?

- Нет, товарищ майор, особо не устал. Нудновато, конечно, но ничего, не развалюсь. Что сегодня ещё надо сделать?

- А всё, спасибо, на этом пока закончим. На вот, возьми, жена пирожков напекла, вкусные. Завтра с утра снова на пост. Давай пять, - майор подал ему руку.

Вернувшись в кабинет, Осипов стал анализировать результаты постов КВН (контр визуального наблюдения) за последние месяцы. Через полтора часа он, откинувшись в кресле, поднял руки вверх и с удовольствием потянулся. Он разложил справки по результатам анализа за прошедший год. Отдельно были выписаны номера машин ГДР и машины с западными номерами, в действиях экипажей которых были признаки сбора информации о военных объектах советских войск, находящихся на территории ГДР. Через два дня должна состояться рабочая встреча с руководством райотдела МГБ ГДР, где, в рамках взаимодействия, он должен был представить информацию по ряду оговоренных вопросов. Результаты были. И неплохие. Перспективы вырисовывались интересные. Работать с немцами, коллегами из министерства государственной безопасности ГДР, было также интересно. Вообще Осипов воспринимал свою работу, как хобби. Всё время надо быть собранным, думать, думать и ещё раз думать. Постоянная борьба: кто кого! С той стороны далеко не глупые люди, элита! Поэтому расслабляться нельзя, иначе переиграют.

«Быстро же он сейчас уснул. Сил совсем мало. Врачи озвучили приговор – болезнь неизлечима. Дают максимум месяц, а один из врачей только мне сообщил, чтобы готовились к худшему: всё может произойти со дня на день. Внутри всё обрывается от бессилия. Неужели ничего нельзя сделать? Я понимаю, что справедливость – это только человеческое понятие, природой оно не предусмотрено. Но всё же... Почему именно с ним такое? В чём он виноват? Только начал жить и на тебе. На Зою вообще страшно смотреть, измучилась окончательно. Психика уже на грани. Как бы чего не случилось. Как долго мы ждали этого ребёнка, как радовались его появлению и вот… За что? Я должен что-то сделать! Нельзя вот просто так сидеть и ждать! Нельзя! Думай, Борисов, думай! Постой, я же сам всегда считал и другим говорил, что безвыходных ситуаций не бывает. Что просто надо найти тот единственный правильный выход, то решение, которое единственно правильное. Я ведь сам всегда в это верил. Так почему же сейчас? Что, это не на всё распространяется? Кажется, он проснулся».

- Папа, а что дальше? Я уснул? Сколько я спал? А мне казалось, что ты всё рассказываешь… Видимо, продолжение мне уже снилось. Знаешь, а я всё помню и могу даже пересказать. Или лучше давай так: ты до расскажешь, а потом уже я и сравним. Интересно – будут ли совпадения? Конечно же, нет, ведь жизненный опыт у нас с тобой разный. Хотя, во сне в голову может прийти всё, что угодно. Пап, я вот читал, что человек треть своей жизни спит. А я так не хочу. Сколько мне осталось жить? Слишком жирно тратить жизнь на обыкновенный сон. Ты извини, я не подслушивал, но невольно услышал, что обо мне говорили врачи (я в тот момент не спал). Меня невозможно вылечить?

Борисов еле сдерживал себя. Хлопнула входная дверь – пришла с работы Зоя. Слышно было, как она снимает сапоги и надевает тапочки, как старается всё делать тихо. Но вот что-то громко упало. Нервы уже не к чёрту – всё валится из рук. Дверь в комнату тихонько приоткрылась.

- Привет! Мы не спим? А чем занимаемся? Сейчас приготовлю кое-что вкусненькое. Придётся немножечко потерпеть, - Борисов видел, как она изо всех сил старается не показать своё состояние, как хочет выглядеть приветливой, улыбающейся, как будто ничего плохого в жизни нет, всё прекрасно и радостно.

- Мама, а папа мне рассказывал новый рассказ, а я уснул. А мне снилось продолжение. А что ты принесла?

- Сейчас приготовлю. Мои мальчики оближут пальчики, - она вышла.

За окном раздались крики. Борисов выглянул на улицу. Несколько человек – взрослые и дети – стояли под деревом и смотрели вверх. Борисов заметил, что почти на уровне третьего этажа (они жили на четвёртом) на дереве сидел рыженький кот, да даже не кот, а подращённый котёнок. Какой-то парень уже карабкался по стволу дерева.

- Папа, что там внизу. Поднеси меня, я тоже хочу посмотреть.

Борисов бережно взял Костика и подошёл к окну.

- Они спасут его? Его надо обязательно спасти! Он же маленький такой, сам не сумеет слезть вниз. Папа, спаси его!

В этот момент парень, взбирающийся вверх, с криком сорвался вниз. Зацепился курткой за сук, поэтому избежал падения на землю. Борисов положил сына в кровать.

- Сейчас спасу. Подожди немного, - он быстро вышел из комнаты. Надел кроссовки и прямо в футболке выбежал из квартиры. Зоя, услышав звук хлопнувшей двери, выглянула из кухни, затем зашла в комнату.

- А папа пошёл спасать котика. Посмотри в окно – он на дереве.

- Вот ненормальный! Куда его понесло! – она увидела, как Борисов быстро лезет на дерево. «Не хватало, чтобы сам сорвался. Хотя нет. Всё будет хорошо. Плохого нам не надо. Всё будет именно ХОРОШО»!

Борисов в этот момент почти ни о чём не думал. Просто была твёрдая, непоколебимая уверенность в конечном результате. Он, не задумываясь, что ветка может не выдержать взрослого человека, лез к мяукающему созданию. Вот они оба встретились взглядами: маленький и большой, котёнок и человек, смелый, решительный и напуганный. Борисов протянул руку, словами подбадривая котёнка. Тот от страха боялся вообще пошевелиться. Наконец рука дотянулась и аккуратно, бережно, но твёрдо взяла дрожащее существо. Внизу раздались одобрительные крики и аплодисменты. Борисов медленно стал спускаться вниз. Нога предательски соскочила, и он чуть было не свалился, но рука автоматически цепко схватила толстую ветку. Секундное замешательство и спуск продолжился.

- Спасибо вам! Ура!!!

- Мы боялись, что он разобьётся! Вы молодец! Спасибо!

Дети прыгали от счастья; взрослые, одобрительно кивая, крепко жали Борисову руку. Он почувствовал взгляд и поднял глаза вверх. Зоя, улыбаясь, и, держа одной рукой Костика, другой махала ему.

- Ребята, а чей это кот? – Борисов обратился к стоящим вокруг детям.

- Он ничей. Он здесь недалеко в подвале вроде бы живет.

- Ну, тогда он будет теперь жить на четвёртом этаже в этом доме. Возражений нет? Кто за? – все дети и даже взрослые подняли руки, - Всё. Принято единогласно. Ну, а теперь нашего бедолагу пора кормить. Кстати, а как его зовут?

- Знаете, кто-то назвал его человеческий именем – Костик, - Борисова словно ударило током. «Это что, совпадение? Или это знак такой»? С ворохом вопросов он поднимался по лестнице.

Когда подошёл к двери, она отворилась, и на пороге он увидел Зою.

- Ну, ты даешь! Входи быстрей, - она, ничего больше не говоря, взяла из его рук «Костика» и чуть ли не побежала в комнату.

- Зоя, - тихо сказал ей вдогонку Борисов, - ты не поверишь, ребята сказали, что котёнка зовут Костик.

Зоя замерла на месте, затем решительно вошла в комнату. Борисов поспешил за ней. Она, заливаясь несдерживаемыми слезами, поставила котёнка на лапки.

- Папа, спасибо тебе! Мама, папа, а я знаю, правда, не знаю, откуда, что он мой тёзка. Его тоже зовут Костик. Здорово, правда? Теперь всё будет по-другому! Я это чувствую! Теперь всё будет по-другому!

Тут уже и Борисов не смог сдержать нахлынувших на него чувств. Но, крепко сжав руки, он всё же постарался не показать свою (как он в тот момент посчитал) слабость.

- А теперь нашего более маленького Костика надо помыть и накормить, - Зоя уже вытирала слёзы.

- Костик, раз ты сказал, что всё теперь будет по-другому, стало быть, и будет. А по-другому – это, значит – всё будет хорошо! Слышишь? ХОРОШО! – Борисов сам невольно удивился своей уверенности в сказанном. Какая-то радостная волна захлестнула его. Ему показалось, что в комнате стало значительно светлее. Он посмотрел в глаза Костику – они светились.

                                          

2

- Ничего не понимаю. Анализ показывает: опухоль полностью исчезла! Мальчик сам ходит, да так, словно ничего раньше и не было. Никакого паралича нет и в помине. Такого не бывает! Сделайте повторный, - главный врач с удивлением рассматривал снимки.

- Иван Павлович, это уже и есть повторный. Чудеса какие-то. Всё в норме, никаких патологий нет. С позиции официальной, так сказать, медицины логического объяснения этому феномену нет. Но факт есть факт: мальчик совершенно здоров, - молодой, работающий первый год в больнице врач, широко улыбался, - родителям пока не говорили. Надо ещё всё перепроверить, дабы уже наверняка.

- Вот и проверьте, - задумчиво сказал главный врач, - всё же жизнь – непонятная, но удивительная штука. Кстати, в моей практике за тридцать с гаком лет похожие вещи уже случались. Вразумительного объяснения мы так и не нашли. Знаете, молодой человек, чудеса не просто иногда могут происходить, они просто есть. К этому хотелось бы привыкнуть, но, как видите, не получается. Каждый раз удивляют. Этот случай надо подробнейшим образом описать. Вот вам такая дополнительная задача.

3

Концовка ноября не баловала солнцем. Оно, невидимое из-за туч, медленно опускалось за горизонт. Сами же тучи хмурились, норовя, снова хлынуть на город холодным дождём. Ветер занудливо подвывал. Ему с интервалом в пару секунд подвывали дворовые бродячие псы. Преддверие зимы навевало грусть. Но никакая пасмурная погода, никакие дождь и слякоть не могли изменить радости, поселившейся в квартире на четвёртом этаже. Если прислонить ухо к входной двери, то можно услышать внутри квартиры беготню, звонкий мальчишеский смех и весёлое мяуканье.

Леонид Горбушин

7.09.2017г.

  

]]>
nik_dovgay@bk.ru (Леонид Горбушин) Рассказы Thu, 01 Feb 2018 17:15:04 +0000